Сайт находится на реконструкции, мы меняемся для Вас!

ТЕТ-а-ТЕТ С ВЛАСТЬЮ

первый общественно-политический GR-журнал в россии

НЕФТЕГАЗСТРОЙПРОФСОЮЗ России: эффективное социальное партнерство

НЕФТЕГАЗСТРОЙПРОФСОЮЗ России: эффективное социальное партнерство

В условиях преодоления кризи­сных явлений существенно возра­стает роль социального диалога между работодателями и профсо­юзами, представляющими инте­ресы работников. В этот период цель их взаимодействия, которое должно строиться на открытости информации и обоснованности принятия решений – согласование комплекса антикризисных мер, способствующих сохранению эф­фективных рабочих мест, сниже­нию социальной напряжённости в коллективах, защите прав трудя­щихся.

В октябре российские профсою­зы традиционно выходят на свои коллективные акции с требова­ниями о социальных гарантиях и льготах. Их лозунги становятся всё острее и слышнее в сегод­няшних непростых политических и экономических условиях, считает наш собеседник – Председатель Нефтегазстройпрофсоюза России Лев Миронов.

– Лев Алексеевич, 7 октября по призыву ФНПР профсоюзы Рос­сии проводили предупредитель­ные акции протеста под лозунгом «За достойный труд». С какими требованиями вышел Нефтегаз­стройпрофсоюз России?

– Президиум Нефтегазстройпро­фсоюза России принял решение поддержать вместе с ФНПР гло­бальную международную кампанию «За достойный труд!» и вышел 7 ок­тября на протестные мероприятия, которые, в разных формах проходи­ли во всех регионах страны. Наряду с традиционными лозунгами, ра­тующими за приемлемые условия труда и заработную плату, борьбу с массовыми увольнениями, у нас были и свои специфические про­фессиональные требования, напри­мер, в защиту социально-трудовых прав северян – «Не отдадим север­ные!». Дело в том, что сегодня как никогда остро начинает ощущаться дефицит рабочих кадров на Севе­ре. Чтобы стимулировать их приток в регион, особенно когда речь идёт о рабочей силе, необходимы все­возможные преференции. К тому же, в основном в России нефть и газ добываются как раз в условиях крайнего Севера и приравненных к ним местностях, а значит, необхо­димо в полном объёме позаботить­ся о людях, чья профессиональная деятельность связана с этой стра­тегической для государства отра­слью.

Кроме того, в очередной раз мы провозгласили свою позицию против увеличения пенсионного возраста. Радует тот факт, что заместитель Председателя Правительства РФ О. Голодец уже подтвердила, – пока этого повышения не будет, в том числе и для госслужащих, как пла­нировалось недавно на рассмотре­нии трёхсторонней комиссии. И хотя такие инициативы, поддержанные Министерством финансов РФ и Ми­нистерством труда РФ, не раз пред­лагались Президенту, он также вы­сказался против реформы.

– За прошедшие годы многое изменилось в работе профсою­зов, но, безусловно, ещё многое предстоит сделать для совершен­ствования их функционирования. Каким же образом можно было бы добиться интенсификации процесса модернизации профсо­юзов?

– Вектор был определён на оче­редном съезде ФНПР, который про­ходил 7 февраля этого года в городе Сочи, там как раз и рассматривались основные задачи в развитии меха­низмов профсоюзного движения и пути их реализации.

Для каждого профсоюза есть свои особенности и соответствия требо­ваниям времени. В нашем случае важно было сохранить свою уни­кальную структуру, в её защиту даже пришлось пройти многие судебные инстанции, пока в Конституционном Суде мы не получили подтвержде­ние, что теперь вправе – согласно международной конвенции – иметь собственную структуру и самостоя­тельно определять её по производст­венно-территориальному признаку.

Она охватывает все звенья про­изводственной цепочки, чтобы фун­кционировали профсоюзные группы и организации – объединённые и первичные, активно создавались территориальные профорганизации, но главное, сохранялась наша спе­цифика – межрегиональные профсо­юзные организации в крупных верти­кально-интегрированных компаниях.

Сегодня основной круг проблем в работе профсоюза продиктован не­стабильной политической обстанов­кой, на повестке дня стоят ключевые вопросы, чтобы люди получали дос­тойную заработную плату, не стал­кивались с так называемой оптими­зацией численности персонала – то есть массовыми увольнениями, сло­вом, чувствовали себя уверенно в условиях непростой экономической ситуации в стране.

Повторюсь, большая часть чле­нов нашего профсоюза работает на Севере, и, как правило, добываю­щие предприятия там образуют мо­ногорода. Такой населённый пункт, сопровождающий производственную структуру, становится ловушкой для человека, если он вдруг лишается работы, так как деться ему стано­вится некуда, банально не хватает финансовых средств, чтобы с семьёй перебраться на Большую землю. Это недопустимо, и, конечно, мы напря­мую заинтересованы в продуктив­ной деятельности наших компаний, их высокой рентабельности, а для этого, как известно, необходимо по­вышать производительность труда. И здесь у нас с работодателем мне­ния расходятся, потому что самый лёгкий путь для них – это сокраще­ние персонала, а мы считаем, что повышать производительность труда необходимо за счёт внедрения новых технологий.

– Насколько достигнутый на се­годня уровень социальных гаран­тий соотносим с аналогичными западными стандартами?

– Подстраиваясь под западные ре­алии, мы сейчас как раз принимаем непосредственное участие в разра­ботке современных профессиональ­ных стандартов.

Пока трудящиеся российских не­фтегазодобывающих предприятий не могут сравниться в заработной плате со своими зарубежными кол­легами, скажем, из США, где люди получают действительно большие выплаты. Этот уровень сегодня для нас просто недостижим, хотя нам очень хотелось бы к нему прибли­зиться. К тому же налоговое бремя для наших компаний несоизмеримо с зарубежным законодательством в этой области.

Да, мы всё время посматриваем на запад, но в то же время отдаём себе отчёт о том, что происходит у нас. Тем более мы все ощущаем в нашей отрасли последствия пресловутых санкций, которые не самым лучшим образом повлияли на экономику Рос­сии и отечественные предприятия. И нефтегазовая отрасль в этом смы­сле оказалась одной из наиболее уязвимых.

– За счёт чего профсоюзы могли бы совершенствовать свою работу? Каковы плюсы и минусы сегодняшнего алгоритма принятия и реализации коллективных ре­шений?

– Я не открою нового, если скажу, что профсоюзы – это коллективный орган. И, разумеется, все задачи принимаются к исполнению совмес­тно – это стержень деятельности в принятии решений любого профсо­юза. Понятно, что основы социаль­ного партнёрства и взаимодействия в наших трудовых коллективах – это коллективные переговоры и заклю­чение коллективных договоров, ко­торые определяют уровень соци­альных гарантий для каждого пред­приятия.

Везде – своя прибыль, поэтому менеджмент компаний и профсоюз в стремлении обеспечить трудящимся социальную стабильность исходят из существующих реалий. Сегодня мы настраиваем наших профсоюзных руководителей на то, чтобы они не поддавались на уговоры и не шли на снижение уровня социальных гаран­тий в коллективных договорах, хотя такие попытки неоднократно пред­принимаются на местах.

– Лев Алексеевич, какие пробле­мы добавились к традиционным вопросам последних лет, актуаль­ных для Нефтегазстройпрофсою­за России? Как возможно миними­зировать негативные кризисные явления в отрасли?

– Этот вопрос надо задавать, пре­жде всего, менеджменту компаний и работникам экономического блока, которые компетентны во многих клю­чевых вопросах и строят прогнозы развития компаний. А с точки зрения профсоюза, основная задача – удер­жать существующий уровень соци­альных гарантий и заработной платы для работников предприятий.

Решаются проблемы по направ­лениям экономического развития, охране труда, экологическим вопро­сам, все они продиктованы совре­менными потребностями.

Сегодня это, как я уже говорил, ра­бота над профессиональными стан­дартами, а также замена аттестации рабочих мест на специальную оценку условий труда. Последняя представ­ляет собой единый комплекс после­довательно выполняемых процедур по идентификации вредных и опа­сных факторов производственной среды и трудового процесса и оценки уровня их воздействия на организм работника с учётом эффективности мер защиты.

К сожалению, данный законопро­ект недостаточно проработан.

Вызывают опасения, а будут ли в дальнейшем применяться списки работ, производств, должностей и профессий с вредными условиями труда, разработанные еще в совет­ский период? Учитывая, что рабо­тодатели неоднократно пытались признать такие списки недействую­щими в судах, можно предположить, что в случае принятия проекта они воспользуются неопределённостью его формулировок, есть риск, что огромное количество работников до решения этого вопроса останется без гарантий и компенсаций.

Поэтому мы предостерегаем наших профсоюзных работников, чтобы они более ответственно подхо­дили к своему участию в этой проце­дуре. Нам удалось добиться, чтобы профсоюзные лидеры, работающие на предприятиях, принимали участие в процессе проведения спецоценки условий труда.

Приходится держать на контроле ситуацию с пенсионной реформой, которая может коснуться и работ­ников вредных производств – пока удаётся удерживать действующий пенсионный возраст.

К традиционным проблемам по­следних лет добавились те, что продиктованы попыткой властей дать импульс развития экономики за счёт принятия закона о терри­ториях опережающего социально-экономического развития наряду с существованием свободных эконо­мических зон. После Дальнего Вос­тока эксперимент захотели распро­странить и на другие территории. Предприятиям, которые в дальней­шем будут действовать в этих реги­онах, решили предоставить право бесконтрольно и без ограничений трудоустраивать иностранную ра­бочую силу. Любому дилетанту по­нятно, какую угрозу это несёт эко­номике страны и социальной ста­бильности её граждан. А тут ещё появилось новое понятие, которое тоже вызвало у нас недоумение – «свободный порт Владивосток», где, якобы, создаются условия для взрывного роста экономики Примо­рья, а на деле это опять «зелёный свет» для дешёвой рабочей силы. Всё это вызывает сопротивление и удивление – мы не можем оста­ваться равнодушными к подобным инсинуациям, и открыто выражаем свою отрицательную позицию по этому поводу.

– Сегодня много говорится о так называемых новых угрозах – пре­жде всего, это проблема нового огосударствления профсоюзов и тема «бизнес внутри профсо­юзов» – влияние бизнеса на про­фсоюзы изнутри. Как Вы оцениваете эти проблемы?

– Проблемы противоречия вза­имодействия сторон социального партнёрства – существовали всег­да. Дело в том, что только в России есть такое понятие, как «социаль­ное партнёрство», на западе го­ворят, что не бывает партнёрства между трудом и капиталом, а может быть только диалог. Для них при­вычна такая система координат, что поделать, у них многовековой опыт ведения переговоров, и они используют для этого разнообраз­ные способы давления на работо­дателей, включая забастовки. Ну, а мы всё-таки считаем, что этот период становления наших взаи­моотношений уже прошли, и наша задача решать проблемы за столом переговоров, потому что и работо­датели, и профсоюзы заинтересо­ваны в социальной стабильности в трудовых коллективах. Тем более, сейчас в новой политической об­становке волнения в коллективах никому не выгодны.

– Какие ещё риски и угрозы есть сегодня в отношениях с работода­телями у работников нефтегазо­вой отрасли?

– По правде говоря, в системе социального партнёрства на феде­ральном уровне дела обстоят не очень хорошо. Мы в своё время инициировали создание Общерос­сийского объединения работодате­лей нефтяной и газовой промыш­ленности, которое так и не смогло стать локомотивом для отрасли, потому что крупные компании не захотели участвовать в создании этого объединения. Отговорки были самые разные – одни ссылались на личные связи в правительственных кругах, другие кивали, что, мол, у нас своя система социального партнёрства, и мы на уровне своих предприятий ведём конструктивные переговоры, а наши коллективные договоры гораздо лучше защищают людей, чем это предусматривают отраслевые соглашения. Перегово­ры с представителями отечествен­ных нефтяных компаний на уровне Минтруда пока не принесли же­лаемых результатов. Предприятия стоят на своём – их собственные коллективные договоры лучше, чем отраслевые соглашения.

Но мы-то понимаем все «под­водные камни» таких взаимоотно­шений, которые могут быть чре­ваты негативными последствиями, прежде всего для трудящихся. Для профсоюза здесь опасность ещё и в том, что он рискует потерять социального партнёра в лице рабо­тодателей на федеральном уровне, а это было бы неправильно.

– Знаю, под эгидой профсоюза как раз продолжается работа по освоению арктического шельфа совместно с норвежскими кол­легами. Насколько эффективно такое международное сотрудни­чество?

– С введением экономических санкций в значительной мере осложнились международные отно­шения в самых разных аспектах. В связи с этим на сегодняшний день арктические проекты находятся в «замороженном» состоянии. Ну, а, чтобы каким-то образом пройти эти барьеры, мы договорились с нор­вежским профсоюзом нефтяников Industry Energy о том, что под флага­ми наших профсоюзов, которые не подпадают под санкции, мы будем проводить совместные проекты. На сегодняшний день они успешно реа­лизуются, особенно по направлени­ям безопасности труда и экологиче­ским проблемам при добычи нефти и газа на арктическом шельфе. Под эгидой норвежских нефтяных ком­паний и объединения работодате­лей, а также правительств обоих государств – со стороны России ими стали Министерство энергетики РФ и Министерство труда РФ – были проведены несколько семинаров по вышеозначенным проблемам.

Мероприятия проходили как раз с целью обмена опытом, причём не только профсоюзных работников, но и специалистов-производственников.

Сегодня международное сотруд­ничество активно продолжается, в том числе и по линии молодёжи, на 2 ноября назначена двусторонняя встреча в Осло (Норвегия), где снова на базе наших профсоюзов будут принимать участие специалисты, ко­торые заняты разработкой стандар­тов безопасности при добычах на шельфе.

– Как в целом происходит ра­бота с федеральными органам власти сторонами социального партнёрства? Насколько эффек­тивно удаётся взаимодействовать и достигать положительных ре­зультатов?

– Как я уже сказал, из-за разроз­ненности интересов крупных нефте­газовых компаний наладить полно­ценное социальное партнёрство не получается. Объединение работода­телей нефтяной и газовой промыш­ленности не может сплотить в своих рядах основных игроков рынка, каж­дый из которых позиционирует себя самостоятельной единицей, когда речь идёт о социальных гарантиях. Наше сотрудничество в этом смысле с Министерством труда РФ, которое по поручению Президента пыталось разобраться в данном вопросе, поло­жительной динамики не дало. Будем надеяться, что время всё расставит на свои места, ведь эффективное социальное партнёрство – ключ к социальной справедливости.

Беседовал Владимир ШИШКИН


Мария # Ответить
партнёрство с кем?
Вадим # Ответить
С работниками, с кем же ещё.
Мария # Ответить
В чём у них там может быть партнёрство???

ОтменитьДобавить комментарий